10:07 

Сэр Джеймс Хэрриот знал толк в кулстори, бро!

David Kristens
Оцелот С револьвером
Книги Хэрриота, то грустные, то до икоты смешные — одно из самых тёплых воспоминаний моего детства.
Джеймс работал ветеринаром в английской глубинке, когда антибиотики, компьютерная диагностика и прочие привычные нам вещи ещё не вошли в практику. А сельскому врачу приходилось полагаться на свои знания химии...а также смекалку, наблюдательность и чувство юмора. Эти книги не только о животных, но и о людях, простых работягах.

Когда я слышу вопли типа "на западе одни пидарасы, которые хотят уничтожить Рассею и разложить её моральные принципы", я вспоминаю книги вроде этой. Люди — они везде люди. Честное слово, английским фермерам даром не нужна эта ваша Расея, как и нам — их Наглия. Просто живут, просто работают. Доют коров, пасут овец, играют с собаками...

Тут я приведу один из угарно-ржачных моментов из книги. Если понравится, то советую погуглить. А если уже читали — понастальгировать.

Я вошёл внутрь и скомандовал.

– Впустите его, Уолли!

Бык рысцой вбежал в стойло, и корова, привязанная за морду к кольцу в стене, спокойно позволила себя обнюхать. Быку она, видно, понравилась – во всяком случае, он скоро занял позицию позади неё, исполненный приятного нетерпения.

Наступила решающая секунда. Встаньте справа от быка, рекомендовало руководство, а всё остальное – проще простого.

С поразительной быстротой молодой бык вскинул передние ноги на корову и напрягся. С требуемой молниеносностью я ухватил появившийся из препуция половой член и уже собрался направить его в ИВ, как бык стремительно встал на все четыре ноги и оскорблённо повернулся ко мне. Он смерил меня возмущённым взглядом, словно не веря собственным глазам, и в его выражении нельзя было обнаружить ни малейшего намёка на благодушие. Затем он словно бы вспомнил про свои неотложные обязанности и вновь пленился коровой.

Его передние ноги взлетели ей на спину, я ухватил, хотел направить, и вновь, прервав своё занятие, он с грохотом опустил передние копыта на пол. На этот раз к оскорблённому достоинству в его глазах добавилась ярость. Он фыркнул, наклонил в мою сторону острые пики рогов, проволок передней ногой пучок соломы по полу и пригвоздил меня к месту долгим оценивающим взглядом, недвусмысленно предупреждавшим "Только попробуй ещё раз, приятель, и ты своё получишь!"

В моём мозгу успели запечатлеться все мельчайшие детали этой живой картины, терпеливо стоящая корова, размётанная соломенная подстилка и над нижней половиной двери – лицо фермера, с интересом ожидающего продолжения.

Сам я такого нетерпения не испытывал. Что-то мешало мне дышать нормально, а язык никак не желал отлипнуть от нёба.

Наконец, бык, в последний раз предостерегающе воззрившись на меня, вернулся к первоначальной идее и вновь взгромоздился на корову. Я сглотнул, торопливо нагнулся и, едва тонкий красный орган появился из препуция, стиснул его и попытался нахлобучить на него ИВ.

На сей раз бык не стал тратить времени зря: спорхнув с коровы, он наклонил голову и ринулся на меня.

Вот тут и обнаружилась вся мера моей глупости: от большого ума я встал так, что он находился между мной и дверью. За спиной у меня был тёмный глухой угол стойла. Я оказался в ловушке!

К счастью, на правой руке у меня болталась ИВ, и я умудрился ударить атакующего быка снизу вверх по морде. Обрушь я ИВ ему на лоб, он ничего бы не заметил, и один зловещий рог – если не оба прозондировал бы мои внутренности. Однако чувствительное соприкосновение его носа с твёрдым резиновым цилиндром вынудило быка затормозить, а пока он моргал, соображая, как начать новую атаку, я в паническом исступлении принялся молотить его моим единственным оружием.

С тех пор меня не раз интриговал абстрактный вопрос. Уникален ли я или ещё какому-нибудь ветеринару довелось-таки отбиваться от разъярённого быка подобным способом?

Но в любом случае ИВ не слишком приспособлена для целей обороны, и вскоре она начала рассыпаться на составные части.

Сначала мимо уха потрясённого фермера просвистел стеклянный стакан, затем конус задел по касательной бок коровы, которая уже безмятежно жевала жвачку, не обращая ни малейшего внимания на разыгравшуюся рядом с ней трагедию.

Удары я перемежал выпадами, достойными чемпиона по фехтованию, но выбраться из угла мне никак не удавалось. Однако оставшийся в моих руках жалкий цилиндр, хотя и не мог причинить быку значительной боли, тем не менее вызвал у него большое недоумение. Да, он поматывал головой и наставлял на меня рога, но словно бы не собирался немедленно повторить стремительную атаку, удовлетворившись пока тем, что зажал меня в тесном пространстве.

Но я знал, что долго такое положение не продлится. Он явно решил посчитаться со мной, и мне оставалось только примериваться, как поступить, когда он немного попятится и вновь ринется вперёд, опустив голову.

Я встретил его ударом от груди, и это меня спасло – резинка, удерживавшая внутреннюю камеру, соскочила, и ему в глаза хлестнула волна тёплой воды.

Бык остановился как вкопанный и, по-моему, решил, что игра не стоит свеч. Такого двуногого он ещё не встречал. Сначала я позволил себе возмутительные фамильярности, когда он пытался выполнить свою законную обязанность, потом лупил его по морде резиновой штукой и в заключение обдал водой. Явно я ему опротивел.

Пока он размышлял, я проскользнул у него под боком, распахнул дверь и выскочил во двор.

Фермер сочувственно наблюдал, как я отдуваюсь – Чёрт-те что за работка, это ваше ИО, а, мистер Хэрриот?

– Да, Уолли, не без того, – ответил я, еле ворочая языком.

– И всегда так?

– Э... э... нет, Уолли. – Я с грустью обозрел останки моей ИВ. – Такой уж исключительный случай. Я... По-моему, чтобы взять пробу у этого быка, нам следует обратиться к специалисту.

Фермер потёр ухо, слегка задетое стаканом.

– Ладно, мистер Хэрриот. Дайте мне знать, когда соберётесь.

Всё-таки есть на что посмотреть!

Его заключительная фраза отнюдь не пролила целительного бальзама на моё уязвлённое самолюбие. Я постыдно отбыл с фермы не солоно хлебавши. Нынче все ветеринары чуть не каждый день играючи берут такие пробы. А я... Да что же это такое?

Вернувшись домой, я позвонил в консультационный пункт.

Хорошо, обещали мне, завтра в десять утра меня на ферме встретит опытный консультант.

Когда утром я добрался туда, консультант уже расхаживал по двору. Что-то очень знакомое почудилось мне в небрежной походке и облаках сигаретного дыма у него над головой. Он обернулся, и я с радостным облегчением убедился, что это действительно Тристан. Слава богу, хотя бы не опозорюсь перед посторонним человеком!

Его широкая ухмылка подействовала на меня, как лучшее тонизирующее средство.

– Привет, Джим! Как дела?

– Отлично, – ответил я. – Вот только с этой пробой у меня что-то не ладится. Ты, конечно, каждый день их берёшь, но я вчера сильно осрамился – Неужели? – Он сделал глубокую затяжку. – Валяй рассказывай, пока мистер Хартли не вернулся с поля.

Мы вошли в злополучное стойло, и я приступил к моему печальному повествованию.

Не успел я начать, как у Тристана отвисла челюсть – Что-о? Ты просто впустил быка сюда, ничем не стеснив его свободы?

– Да.

– Джим, ты последний из идиотов. Радуйся, что жив остался.

Во-первых, эту манипуляцию всегда производи на открытом месте, во-вторых, быка необходимо удерживать шестом или за кольцо в носу. Я всегда стараюсь подобрать двух-трёх помощников. – Он смерил меня недоумевающим взглядом, закурил очередную сигарету и потребовал. – Ну, а дальше?

По-мере того как я говорил, лицо Тристана начало меняться.

Губы задёргались, подбородок задрожал, из груди вырвалось невнятное хихиканье.

– Я не ослышался? Ты так прямо его и ухватил?

– Ну... да...

– О господи! – Тристан привалился к стене, корчась от смеха.

Когда его немножко отпустило, он поглядел на меня с мягким сожалением.

– Джим, старина! Чтобы направлять, руку кладут только на препуций!

Я криво улыбнулся.

– Знаю. Вчера вечером я перечёл брошюрку и понял, что сажал ошибку на ошибку...

– Ну, ничего, – перебил он. – Продолжай свою повесть. Ты пробудил во мне странное любопытство.

Последующие минуты произвели на моего коллегу сокрушительное действие. Я описывал, как бык ринулся на меня, а Тристан с воплями всё больше и больше обмякал и, в конце концов, повис, как тряпичная кукла, на нижней половине двери, вяло болтая руками. По щекам у него катились слёзы, он невнятно всхлипывал.

Ты... вон в том углу... отбивался от быка! Крушил его по морде ИВ... а она разлеталась на части! – Он достал носовой платок. – Джим, ради всего святого, замолчи. Не то ты меня доконаешь.

Он утёр глаза, выпрямился, но я заметил, что колени у него подгибаются.

Пошатываясь, Тристан сделал несколько шагов навстречу идущему через двор фермеру.

– А, мистер Хартли! Доброе утро, – сказал он. – Ну, можно начинать.

И принялся деловито распоряжаться. Вчерашняя корова ещё была в охоте и несколько минут спустя уже стояла во дворе, крепко привязанная к столбу. По её бокам расположились двое работников.

– Чтобы не вывернулась из-под быка, – объяснил мне Тристан и, обернувшись к фермеру, вручил ему ИВ. – Налейте сюда, пожалуйста, тёплой воды и покрепче закрутите кран.

Фермер зарысил к дому, а когда вернулся, третий работник уже вывел быка. На сей раз моего противника надёжно удерживала верёвка, продетая в кольцо в носу.

Да, Тристан, бесспорно, организовал все очень чётко.

Быку и теперь явно не терпелось, как накануне выразился его хозяин. Едва увидев корову, он устремился к ней, точно воплощение плотской страсти. Тристан еле успел схватить ИВ, а он уже взбирался на корову.

Должен признаться, мой коллега действовал с неимоверной быстротой – нагнулся, положил ладонь на препуций и надел ИВ.

"Вот, значит, как это делается! – подумал я уныло. До чего же просто!"

Меня пронзил стыд, и в ту же секунду бык высунул язык, испустил протяжный гневный рёв, отпрыгнул назад, подальше от ИВ, и начал выделывать курбеты, натягивая верёвку и обиженно мыча.

– Что за дьявол?.. – Тристан с недоумением посмотрел на мечущееся животное и рассеянно сунул палец в ИВ. – Господи!

Да это же кипяток!

Уолли Хартли кивнул – Ага! Чайник как раз закипал, ну я и налил.

Трисган вцепился пятернёй в волосы и застонал.

– Только этого не хватало! – шепнул он мне. – Всегда проверяю температуру термометром, а тут заболтался с тобой, ну и молодчик так рвался вперёд, что у меня из головы вылетело. Кипяток! Не удивительно, что бедняга запрыгал, как ошпаренный.

Бык тем временем умолк и принялся обнюхивать корову, посматривая на неё с опаской и уважением. "Вот это темперамент!" – говорил его взгляд.

– Ну, попробуем ещё раз! – Тристан решительно зашагал к дому. – Только уж воду я налью сам.

Вскоре все вернулось на круги своя. Тристан изготовился, Бык, видимо, нисколько не охлаждённый недавним конфузом, прямо рвался в бой. Представить себе, что думает животное, не так-то просто, и я решил, что, быть может, он терзается, вспоминая вчерашние фиаско и удар, только что нанесённый его гордости и спокойствию духа. Тем не менее, судя по его выражению, он намеревался обслужить свою красавицу, даже если бы весь ад с цепи сорвался.

И словно в подтверждение, бык неукротимо рванулся вперёд.

Тристан успел-таки ошалело надеть ИВ на мелькнувший мимо член, но бык, не устояв на ногах, въехал под корову на спине.

ИВ вырвалась из рук Тристана и взмыла в небо. Мистер Хартли, разинув рот, следил, как она описала изящную параболу и шлёпнулась на груду соломы в дальнем углу двора.

Бык кое-как поднялся, а Тристан неторопливо направился к соломе. Стакан удержался на цилиндре, и мой друг поднёс его к глазам.

– Гм, да, – промурлыкал он. – Три кубика. Отличная проба.

Фермер, пыхтя, подбежал к нему.

– У вас, значит, получилось, что надо?

– Да, – небрежно уронил Тристан. – Именно то, что требовалось.

Фермер даже головой помотал.

– Чёрт! И хитрая же штука!

@темы: почитать

URL
Комментарии
2017-02-10 в 17:50 

_Оцелот_
От всех мечтаний воинов осталась лишь засохшая трава.(с)
Зачитал Хэрриота в подростковом возрасте до дыр буквально. Правда мне в руки сначала попала книга о прекрасных и удивительных созданиях, а потом уже о больших и малых. На мягкой обложке были лошади (изд. 1987 г.) и все, я пропал))) Очень понравилось у него все, начиная от первой главы, где прописывается разница между ветеринаром в белом халате, и реальностью, где ветеринар на полу коровника, по локоть в корове. Потом еще главы про кобылу, которую он спас от крапивницы, перед этим умертвив коня страдавшего от колик и про очень толстую собаку, которую надо было срочно посадить на диету (матерь божья, как ее собирала хозяйка с курточками, мисочкам и игрушечками... адское терпенье на таких владельцев надо:lol: ). Очень была переживательна глава, про отравления стрихнином. И многие, многие другие.

2017-02-11 в 15:15 

David Kristens
Оцелот С револьвером
К слову, я тоже это издание читал в своё время :))

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Логово Оцелота

главная